25 лет MSK-IX №14, декабрь 2020

25 лет MSK-IX

Редакция

В этом году MSK-IX празднует свой 25-летний юбилей. Повод оглянуться назад и поразмышлять, как это начиналось и какой огромный путь был пройден. Мы попросили ветеранов отрасли поговорить об истории развития MSK-IX и Интернета в России в целом, поделиться своими воспоминаниями о ключевых событиях прошлого и взглядами на будущее.

Юные годы видеоконференций в Интернете

Юрий Гугель, РосНИИРОС, инженер

Cейчас, когда MSK-IX уже 25 лет, при онлайн-видео или аудиотехнологиях взаимодействия территориально распределенных коллективов или отдельных пользователей Интернета возникает только один вопрос — как подобрать удобную программу для проведения видеоконференции. А вот когда MSK-IX был один год, стояли другие вопросы.

Да, было понимание того, что Интернет можно использовать для общения ученых, телемедицины, дистанционного обучения, проведения конференций, совещаний и т.д. Но был вопрос, как это сделать на каналах передачи данных с полосой пропускания 64 кбит/с, да к тому же загруженными под 100% интернет-трафиком пользователей. И тут на помощь приходила технология Multicast, позволяя рационально использовать пропускную способность сети и вычислительные ресурсы устройств, участвующих в обработке данных.

Это сейчас надо включить программу видеоконференции и ввести имя сервера. 25 лет назад перед включением программы на компьютере необходимо было подготовить всю транспортную сеть между участниками для проведения видеоконференции. Вся сеть между участниками видеоконференции должна была поддерживать Multicast-трафик. Это накладывало серьезное ограничение на размещение участников видеоконференции — они находились в одной сети.

В далеком 1995 году на базе федеральной университетской компьютерной сети RUNNet, используя в качестве транспортной инфраструктуры спутниковые каналы с полосой пропускания 64 кбит/с, проходили видеоконференции, в которых принимали участие до 15 университетов одновременно. Это были Мероприятия с большой буквы.

В подготовке к проведению видеоконференции принимали участие все админы университетов, где планировалось проведение. Выбор самой программы видеоконференции не вызывал вопросов. Такие программные средства, как VAT (Visual Audio Tool), VIC (Video Conference) от LBNL’s Network Research Group (https://ee.lbl.gov), заложили основу и определили стандарты для текущих звуковых чатов через IP (VoIP) и мультимедийных интернет-приложений. Специально подготавливалась магистральная сеть и сети университетов для прохождения Multicast-трафика. Оптимизировался трафик на сети, обеспечивая, сколько возможно, доступную полосу пропускания на каналах между университетами.

При проведении самой видеоконференции были своеобразные рекомендации участникам. Не шевелиться и не вращать головой. Видеоконференция являлась, по сути своей, мероприятием, которое позволяло передавать видеоизображение и звук. При ограниченной полосе пропускания звук более критичен к потерям данных на промежуточной транспортной сети, ему обеспечивался приоритет перед видео. А потери на видео не так заметны, если участники не шевелятся.

Для передачи многоадресного IP-трафика между различными сетями уже во всем Интернете была развернута виртуальная сеть Mbone (сокращение от «multicast backbone»). Mbone использовалась для совместных распределенных коммуникаций, таких как видеоконференции или общие рабочие места для совместной работы, и, конечно, для видеотрансляций (какой-то аналог современных вебинаров). На её основе работала система виртуальных комнат для видеоконференций. Mbone получила развитие в научно-исследовательских и образовательных международных сетях и исследовательских центрах. Коммерческие сервис-провайдеры не жаловали Mbone из-за того, что приложения, использующие Mbone, создавали большие потоки данных.

Для внутрироссийского обмена мультимедийным трафиком между сетями MSK-IX в 2000 году запустил отдельный выделенный Multicast-IX. А когда сеть RBnet (один из многих проектов Российского НИИ Развития общественных сетей, РосНИИРОС) сделала подключение в Чикаго к широко известной специализированной точке обмена трафиком научных сетей STARTAP/StarLight, связность с Mbone получили и все российские сети, имеющие подключение к MSK-IX. Это подключение RBnet к Mbone сделало возможным организацию видеоконференций на международном уровне участников московской точки обмена трафиком MSK-IX.

Оглядываясь назад

Аркадий Кремер, президент АДЭ (Ассоциация документальной электросвязи)

Создание Московской точки обмена интернет-трафиком по инициативе РосНИИРОС и образование АО «Центр взаимодействия компьютерных сетей МSК-IX» безусловно относятся к ключевым событиям, происходившим на заре развития российского Интернета. В 1990-е годы маршрутизация трафика российских пользователей осуществлялась через зарубежные сети, объем российского контента был минимален и пользователи обращались прежде всего к зарубежным интернет-ресурсам. В стране отсутствовала развитая IP-инфраструктура, обеспечивающая эффективное взаимодействие российских сетей, предоставляющих доступ в Интернет. Количество пользователей Интернета в стране было невелико, объем потребляемого ими трафика незначителен — и доминирующей технологией доступа являлась Dial up.

За прошедшие с тех пор 25 лет ситуация в российском сегменте Интернета изменилась радикально. Драматически выросло количество пользователей и Россия стала одним из крупнейших интернет-рынков Европы. При этом российская аудитория, в массе своей, не англоязычная и потребляет, прежде всего, русскоязычный контент, генерируемый и располагающийся внутри страны.

Изменились технологии доступа. Dial up ушел в прошлое, и абоненты потребляют широкополосный доступ по фиксированным и мобильным сетям на мегабитных скоростях. В стране созданы разветвленные операторские IP-сети, конкурирующие между собой и покрывающие практически всю населенную территорию. Можно констатировать, что сегодня в России сформирована одна из наиболее самоподдерживающихся и самодостаточных интернет-экосистем в Европе.

Говоря об истории успеха, хотел бы выделить три фактора: профессионализм, сотрудничество, образовательно-просветительская деятельность.

Первый фактор – это заинтересованность профессионального научно-технического сообщества. Подлинное развитие Интернета в средство повышения эффективности государственного управления, ведения бизнеса и улучшения жизни людей происходило по мере повышения заинтересованности в его использовании со стороны крупных операторских компаний и разработчиков технических средств. Профессиональный бизнес в полной мере сумел реализовать основное свойство и предназначение Интернета – объединять для совместной работы многочисленные и разнообразные устройства и информационные ресурсы, подсоединяемые к различным сетям. Интернет – это не сети, не устройства и не информационные ресурсы, а то, что их объединяет.

Второй фактор – сотрудничество на национальном и международном уровне. Важным проявлением такого сотрудничества явилось образование Координационного центра развития национальных доменов. Сегодня этот центр является национальным техническим общественно-государственным регулятором развития доменной инфраструктуры в нашей стране. Российские эксперты принимают участие в деятельности различных международных организаций, занимающихся вопросами развития Интернета.

Третий фактор – образовательно-просветительская деятельность. Это подготовка кадров, способных развивать интернет-технологии, обеспечивая технологическую независимость и информационную безопасность, и готовых представлять интересы страны в международных организациях, создание и внедрение механизмов обеспечения доверия и безопасности при использовании Интернета, формирование информационной культуры цифровой трансформации.

В заключение хотел бы отметить, что вклад МSК-IX в то, что достигнуто, и роль в том, что еще предстоит сделать, трудно переоценить!

История про первые блокировки нежелательного контента

Андрей Колесников, директор Ассоциации интернета вещей

Дело было в 1999 году, когда мне, будучи начальником сервиса «Россия-Он-Лайн», приходилось решать не только технологические, но и административные вопросы.

К нам в столовую в обед на Красноказарменной, 12 пришел целый полковник милиции Иванов (назовем его так) и потребовал выключить сайт compromat.ru, ссылаясь на вышестоящее начальство. А начальство было не простое, уже не вспомнить: ФСБ или целый Министр МВД. Страшновато, короче. Естественной моей реакцией было приглашение отобедать, чем «Совам Телепорт» богат, и одновременно отправка секретного сигнала Борису Пирожихину (жалко его, умер) срочно прибыть на разбор полетов. Первое, что сказал Борис – хостинг не наш, знать не знаю ничего. Не по адресу пришел, начальник.

Однако накануне мы приобрели провайдера «Гласнет», и мало кто знал, что в наследство нам достался чистый и незамутненный рупор компрометирующей либеральной прессы. Полковник ушел в расстроенных чувствах (от обеда отказался). Но о приданном «Гласнета» узнали в бухгалтерии «Совам Телепорта» и решили сделать аудит: кто там, что там, и платят ли. Оказалось, что compromat.ru не платил уже шесть месяцев и был такой не один. В качестве меры было избрано решение погасить хосты неплательщиков — и Марина Никерова привела приговор в исполнение. Таким образом, я стал первым палачом онлайн-свободы в Рунете. Полковник тоже остался доволен. Правда, через несколько дней «Компромат.ру» пришлось включить, после того, как оплатили долги. Казалось бы, при чем тут юбилей MSK-IX? Ну так «Совам Телепорт» был в ряду его самых первых пользователей.

Краткая история Интернета бедных и маленьких

Дмитрий Бурков, председатель президиума Фонда содействия развитию технологий и инфраструктуры Интернет (FAITID)

Три тысячи символов (лимит заметки, включая пробелы) – это очень мало для истории, но очень много для современного восприятия… Тогда только анекдоты пунктиром…

Доисторические времена

Раскулачивание AT&T в 1984 (дерегулирование дальней связи) и возникновение CSNET тогда же не было совпадением и привело к первому межсетевому соединению с ARPANET и далее — к NSFNET/ANS c их AUP.

1991/1992 – CIX позволил решить проблему легализации связи с ними – но он был один и слишком далеко… Основным же стимулом к развитию соединений был email.

Самым же сильным толчком для нас стала либерализация рынка связи в Европе (1993) – официальное создание Eunet и создание AMS-IX в 1994. Это был существенный шаг в локализации трафика.

Стало очевидным, куда идти.

При этом ставка телекомов на ISO/OSI, X…/ISDN/BISDN при поддержке на уровне правительств задержало их, создало нишу, которая была быстро заполнена и в конце концов перевернула всё.

Немного про лихие 90-е

Для меня всё слилось в один длительный миг – как использовать РосНИИРОС в мирных целях, РЕЛАРН, Московский бэкбон.

Цифровые каналы – без них мы бы ничего не сделали. От освоения наследия, начиная с остатков проекта «Союз»-«Аполлон», несозданной системы радиовещания… Наконец – первые PDH-системы «Ростелекома» и оптика «Ленэнерго»/«Лейво».

Нам повезло – у нас не было цифровых сетей передачи данных (и, соответственно, поминутных и попакетных платежей), и это ускорило наше развитие. Sender keeps all (доходы) – основная интернет-модель быстро стала основной.

Итак, в начале цифра на T1, затем E1 и оптика, от самоделок до конца COCOM и первых кисок. В параллельной жизни – становление Eunet, борьба с Соросом в сети. Отсюда его вытеснили – но легче от этого не стало…

В параллель — осознание необходимости ухода от первых сетевых (по сути, пиринговых) войн и – как результат – перевод в РосНИИРОС домена .su, создание регистратуры .ru под его крышей. MSK-IX — логичное завершение этого перехода. Эта модель просуществовала в таком виде 5-6 лет (миг), после чего трения в регистрации доменов привели к реструктуризации деятельности того, что напихали в РосНИИРОС (и он чуть не лопнул от этого), и поэтапной миграции/эволюции в текущее состояние. Где-то были витки по спирали – но мы там, где есть…

Вот и вся история…

Где мы и куда всё идёт?

Вольница приходит к концу.

Входные билеты на рынок подорожали. Мобильный рынок стал закрытым клубом. Телекомы опять доминируют на транспортном и не только рынке.

P.S. Простите за упрощения и за то, что кого то не упомянул явно – не в этом формате.

Делюсь воспоминаниями

Михаил Медриш, ООО «Актор информационные системы», технический директор

Вопрос редколлегии журнала поделиться воспоминаниями заставил задуматься. За более чем 25 лет, на протяжении которых слово «Интернет» обозначает предмет моей профессиональной деятельности, накопилось столько воспоминаний, что впору книгу толстую писать. Книга тут не поместится, поэтому несколько слов об одном сюжете из конца 90-х и начала 00-х, который был частью важных изменений в российском Интернете, сделавшим его таким, какой он есть сегодня.

Во второй половине 90-х стало ясно, что развитие Интернета дошло до такого уровня, когда проявилась необходимость установления правовых рамок. Тогда основной площадкой для обсуждений проблем развития Интернета и разработок проектов документов была «Ассоциация документальной электросвязи», на ежегодных конференциях которой присутствовали практически все значимые персоны Интернета, регулятора и спецслужб. В конце 1997 года АДЭ приняла план работ в области стандартизации на 1998–1999 годы. Этим планом предусматривались разработки руководящих документов «Сети и службы передачи данных» и «Телематические службы». В начале июня 1998 года Госкомсвязи формально определил АДЭ в качестве базовой организации по стандартизации в области документальной электросвязи и утвердил принятый ранее план АДЭ. Для написания соответствующих документов были созданы рабочие группы, куда вошли представители регулятора, бизнеса, науки и ФСБ. Параллельно с этим — также под эгидой АДЭ — велась разработка документа, посвящённого ОРМ на сети Интернет (СОРМ 2).

Я участвовал в работе всех этих групп. Казалось, что наиболее проблемным будет документ по СОРМ, но участники рабочей группы как со стороны операторов, так и со стороны ФСБ показали не только профессионализм, но и способность на разумный компромисс. Я это могу с уверенностью говорить, так как в той рабочей группе выполнял функции techwriter. Сложнее оказалась задача написания руководящих документов (РД).

РД «Сети и службы передачи данных» был отнюдь не greenfield, а вторая редакция. К технологиям передачи данных ISDN, X.25, X.36 (про сети, построенные на технологии ATM, в 1999 году вышел отдельный РД) добавили технологию на базе протокола IP. Сегодня читать это РД без улыбки вряд ли получится. Однако в то время появление протокола IP, в том числе и IPv6 ☺ в нормативном документе создало формальные предпосылки для его широкого применения и развития Интернета в России.

Больше всего проблем проявилось при написании РД «Телематические службы». Важный момент – название. Оно взято из рекомендации МСЭ-Т, определявшей телематические службы как «службы электросвязи (кроме телефонной, телеграфной и служб передачи данных), которые организуются с целью обмена информацией через сети электросвязи». К телематическим службам отнесли факсимильные службы, службы электронных сообщений, службы голосовых сообщений, службы телеконференции, информационные службы. Придумывание содержания всех этих служб, а также соответствующих требований заняло много времени и попортило немало нервов всем участникам процесса. Прошло 20 лет — и практически все телематические службы растворились во мраке. Факсимильная почта и почта X.400 прекратили существование, службы телеконференций и электронная почта не стали услугами операторов связи, служба голосовых сообщений так и не стала полноценной услугой, и упоминание о телематических службах исчезло из нормативного поля. Но не всех. Одна осталась – доступ к информационным ресурсам, которая сейчас называется телематическая услуга связи.

С этим «доступом к информационным ресурсам» у меня личные счёты, так как раздел «Услуги доступа к информационным ресурсам» в РД писал я. С самого начала ситуация была бредовой. Такой услуги, конечно, в реальной жизни не существовало, так как доступ к информационным ресурсам пользователь организует сам, обращаясь через сеть к сайту (сервису). Но оказалось, что к моменту написания документа было выдано и действовало несколько сотен лицензий с такой формулировкой. И поставить услугу вне закона было невозможно. Мы с Юрием Владимировичем Златкисом, который от Госкомсвязи руководил процессом, договорились, что я опишу услугу как услугу оператора связи поставщику информационного сервиса (сейчас такие называются ОРИ), который, подключившись к сети, предоставляет информацию из своего сервиса любому, кто её запросит через сеть. И тогда те, кто имеют такую лицензию, скорее всего, не будут её продлять, так как услуги передачи данных достаточно. После завершения действия всех этих странных лицензий новые выдаваться не будут. Но в первой половине 2000-го из Госкомсвязи ушёл Юрий Владимирович, а также его руководители Рокотян и Мардер. Дело заканчивал уже через год Миков. В процессе окончательных согласований в текст соответствующего раздела РД были внесены небольшие текстуальные изменения, которые полностью перевернули логику. В получателях услуги оказался конечный пользователь, имеющий доступ в Интернет. И РД был утверждён в 2001 году совсем не в таком виде, как мы со Златкисом планировали.

Через некоторое время эта услуга стала называться телематической услугой связи. В ней остался тот самый дурацкий состав услуги для конечных пользователей – «доступа к информационным системам информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе к сети Интернет». Мало того, ещё добавилась функция «приема и передачи телематических электронных сообщений». Понятно, что оператор связи ни то, ни другое не делает, так как он «труба», которая IP-пакеты в сеть передаёт и из сети принимает. А «телематических электронных сообщений» в природе не существует.

Правильным было бы убрать телематическую услугу связи из перечня услуг связи. Но нет, вместо этого в недавнем, авторства Минцифры, проекте нового постановления правительства по поводу лицензирования в области связи телематическая услуга связи присутствует как ни в чём не бывало.

Но даже учитывая все недостатки и проблемы, появление и введение в действие 20 лет назад нормативных документов, описывающих Интернет и услуги, с ним связанные, стали важным позитивным событием, давшим толчок к развитию Интернета в России. А случившийся в 2002 году отказ крупных российских операторов от бесплатного пиринга и появление в 2003 году нового закона «О связи», где услуга по присоединению и взаимодействию сетей была законодательно закреплена, создали условия для развития устойчивой инфраструктуры российского Интернета и, в частности, определили сегодняшнее место точек обмена трафиком.

Сеть FREEnet как зеркало развития Интернета в России

Мендкович А. С.,  Институт органической химии им. Н. Д. Зелинского РАН, заведующий лаборатории, д.х.н.; Русаков А. И., Ярославский государственный университет им. П. Г. Демидова

Одной из семи IP-сетей, операторы которых в 1995 году заключили соглашение о создании первого в стране узла обмена IP-трафиком (Internet eXchange), была сеть FREEnet. А уже в октябре 1996 было осуществлено подключение узла FREEnet на ММТС-9 к московскому узлу обмена интернет-трафиком MSK-IX. Это позволило заключить пиринговые соглашения с большинством сетей, подключенных к MSK-IX, и обеспечить скоростной обмен трафиком с этими сетями.

История развития сети FREEnet как в капле воды отразила в себе, пожалуй, все основные достижения, промахи и противоречия постперестроечной эпохи в нашей стране.

Сеть FREEnet (The network For Research, Education and Engineering), созданная на базе лаборатории Компьютерного обеспечения химических исследований (ЛКОХИ) Института органической химии АН СССР начала функционировать 20 июля 1991 года. Основные направления работ по созданию и дальнейшему развитию сети возглавляли сотрудники ЛКОХИ Е. Миронов, Д. Сидельников и А. Галицкий.

Поскольку в 1991 году непосредственное подключение по протоколу IP к зарубежным сетям не допускалось ограничениями КОКОМ, первоначально связь с зарубежными сетями осуществлялась через шлюзы сети SUEARN, которая в это время уже функционировала в ЛКОХИ. В 1992, сразу после отмены вышеупомянутых ограничений, было организовано международное IP-соединение FREEnet c датской научно-образовательной сетью UNI-C. К исходу 1993 года внешняя коннективность осуществлялась уже по двум выделенным международным каналам, соединяющим FREEnet с NSFnet (США) и с NASK (Польша).

С самого начала сеть создавалась по принципу «снизу вверх», как ответ на потребности академического сообщества в современных средствах коммуникации. В 1995-1998 годах развитие сети происходило особенно динамично: к примеру, за один 1996 год почти вдвое увеличилось количество региональных сегментов сети FREEnet. К 1998 году к опорной сети FREEnet были подключены 17 российских региональных сегментов. Через FREEnet осуществлялся доступ в глобальный Интернет национальных научно-образовательных сетей Республики Беларусь, Украины и Азербайджана.

К концу 1998 года экстенсивный характер развития сменился интенсивным: на фоне замедления темпов количественного роста сети рост пропускной способности сетевой инфраструктуры продолжался нарастающими темпами и сопровождался внедрением новых технологий.

Если на начальном этапе развития сети основное внимание уделялось формированию и обеспечению доступа к информационным и вычислительным ресурсам для науки и образования, в том числе и национального масштаба, то впоследствии стало активно осуществляться внедрение технологий многоадресного вещания и видеоконференций. Была освоена принципиально новая для российских научных сетей технология IP over ATM и впервые в России был инсталлирован и использован международный АТМ-канал. В 1999 в сети FREEnet был внедрен протокол IPv6.

В последующие годы сеть FREEnet продолжала развиваться: выросли скорости каналов связи и объём трафика, реализована дифференцированная обработка различных классов трафика в масштабах всей сети, повысилась отказоустойчивость ядра сети. Критически важные элементы сети дублируются неоднократно, позволяя сохранить работоспособность сети даже в случае нескольких одновременных аварий. Большинство пользователей FREEnet по-прежнему принадлежат к научному и образовательному сообществам.

Интернет, КоКом и «Техно»

Андрей Романов, заместитель директора Координационного центра доменов .RU/.РФ

Празднование очередного юбилея, причем неважно, какого, мысленно отправляет нас в то время, в котором случилось отмечаемое. Юбилей MSK-IX — в начало 90-х, когда начиналась история российского Интернета.

Мы начали работать в компании «Техно» (это был кооператив, модная в то время организационная форма для развития инноваций) с операционными системами типа Uniх в 1989 году в рамках проекта, совместного с НИИ Авиационного оборудования, по построению различных систем для использования в авиации. Работали на импортном оборудовании, произведенном австралийской компанией Labtam. На этой почве начали сотрудничать с «Релкомом» и «Демосом» в процессе строительства российского Интернета.

Во время путча в 91 году «Демос» подключил к сети «Релком» огромное количество серверов по всей стране. Буквально за три дня у сети появился более серьезный статус. Сеть базировалась исключительно на технологии электронной почты. Была установлена точка доступа непосредственно в Белом доме. Понимая важность обмена информацией с защитниками Белого дома, мы с коллегами из «Техно» параллельно тоже сделали там точку доступа. Правда, это произошло уже непосредственно перед окончанием путча. В Белый дом тогда снаружи попасть было достаточно сложно.

В 1991 году Билл Джолиц, один из исследователей, работавших в Калифорнийском университете в Беркли, в котором на средства DARPA велись работы по развитию системы Unix, перенёс версию BSD системы Unix на IBM-PC-совместимый компьютер с процессором Intel 80386. Такие компьютеры к тому моменту уже появились в России. И это дало возможность строить на их основе достаточно мощные сетевые серверы. В это время значительная часть высокопроизводительного телекоммуникационного оборудования попадала под ограничения Координационного комитета по экспортному контролю, более известного как КоКом или КОКОМ (англ. Coordinating Committee for Multilateral Export Controls, CoCom) — международная организация, созданная для многостороннего контроля над экспортом в СССР и другие социалистические страны. В эпоху холодной войны КоКом составлял перечни «стратегических» товаров и технологий, не подлежащих экспорту в страны «восточного блока», а также устанавливал ограничения по использованию товаров и технологий, разрешённых для поставки в виде исключения. Это касалось также и оборудования для построения интернет-сетей, а именно серверов и сетевых маршрутизаторов. Появление версии Unix для IBM-PC-совместимых компьютеров частично решало эту проблему. Компания «Техно» стала дистрибутором ОС BSDI в России.

Примерно в то же время, в конце 1993 — начале 1994 года, РосНИИРОС развивал проект создания Московской опорной сети (МОС) для научных и учебных организаций. В частности, при построении южного участка московской опорной сети (ЮМОС) специалисты компании «Техно» представили оригинальное решение для высокоскоростного (на тот момент) соединения 64 Kbps на базе обычных модемов и маршрутизаторов на основе персональных компьютеров с ОС BSDI (коммерческая версия ОС). Наличие такого решения и его демонстрация партнерам способствовали достаточно быстрому частичному снятию ограничений CoCom, и в Россию начались поставки маршрутизаторов компании Cisco Systems, что привело к бурному развитию IP-сетей в России, а также к построению сетей доступа пользователей к услугам сети Интернет.

В 1994 и 1995 годах компания «Техно» реализовала на базе этой же технологии достаточно крупный проект создания IP-сети для банка Столичный (узлов на 20-25, точно не помню). Это была практически первая подобная банковская сеть в России.

В общем, многие актуальные идеи быстро подхватывались и опробовались в «Техно», в результате к 93-94 году не менее трети узлов UUCP и около половины узлов On Line TCP/IP, входивших в сеть «Релком», работало через серверы «Техно». А еще в «Техно» имелся учебный центр, через который прошло много региональных и не только региональных специалистов по Internet и Unix’у. Это был период пика сетевой деятельности «Техно», на тот момент это уже было акционерное общество.

МСК-IX – Время, вперед!

Кирилл Аношин, директор национальной гильдии фрилансеров

Время в современном мире не просто течет, оно летит с околокосмической скоростью. Я много думал, с чем же можно провести аналогию? Ответ на этот мой вопрос оказался на поверхности. Это процесс развития интернет-технологий и сервисов! Этот процесс окружает меня, я участвую сам в этом процессе и, удивительно даже для самого себя, принимал участие в становлении или развитии многих интернет-сервисов.

Время. Время. Время. Вроде, совсем недавно, в начале 90-х годов прошлого века, мне очень сильно повезло в жизни попасть в развивающийся российский телеком. Компьютеры. Каналы связи. Модемы. Сети передачи данных Х.25 — ИАС, «Роснет», «Роспак», «Спринт» и другие. Электронная почта. Специализированные информационные системы.

1400, 2400, 9600, 14000, «Ремарт», Х.400, UUCP – и опять крупно повезло. В моей жизни появился тот Интернет (именно с большой буквы). «Релком», «Демос-Интернет», РосНИИРОС, домены… и люди, которые всем этим занимались и готовы были делиться своими знаниями и пониманием будущего.

Первый интернет-канал к российском оператору 64К и появление Московский точки обмена трафиком – МСК-IX.

Первый наш канал T1 на запад. Подключение к МСК-IX и новые возможности. Возможность выбирать скорость порта, возможность бесплатно обмениваться клиентским трафиком с коллегами по рынку, возможность за небольшие деньги улучшать связность внутренних сетей и не гонять трафик через западные канали и порты.

Все это было буквально «вчера», а сегодня МСК-IX отмечает свой юбилей – 25 лет!

Те «наивные» 1 или 10 Мбит/с-порты, на которых можно было стыковаться тогда, остались в прошлом. Сейчас это крупнейшая российская точка обмена интернет-трафиком с портами до 10 Гбит/с, площадка, предоставляющая огромные возможности для масштабирования сетей и сервисов в Интернете.

Тогда это просто «девятка» в Москве и несколько провайдеров, а сейчас это «десяток» объединённых в единый организм городов с наибольшим потреблением интернет-трафика и вхождение в топ мировых лидеров по объему передаваемого трафика и подключений.

За это время было много интересных событий, можно вспомнить и кривые анонсы от некоторых провайдеров, и те же «пиринговые войны», к которым МСК-IX не имеет прямого отношения, но и ей досталось. Но лучше, конечно, вспоминать хорошее. Развитие внутри Москвы, выход в другие города, регионы и страны!

Зная и понимая, какой это колоссальный труд, хочется от всей души поблагодарить людей, которые стояли у истоков, которые занимались и занимаются развитием, и пожелать им только успехов, только «прямого» оборудования, самой качественной оптики, еще большего масштабирования и выхода на дальние регионы мира!

«Радио МГУ2 — последний советский телекоммуникационный проект.

Бережнев Сергей Филиппович, НИИЯФ МГУ, ведущий конструктор (руководитель проекта «Радио МГУ»)

«Радио МГУ» — один из крупнейших телекоммуникационных проектов конца советской и начала российской эпохи. Начался он с того, что НИИЯФ МГУ предложили создать центральный узел будущей телекоммуникационной сети для УНК ИФВЭ. УНК – это проект ускорителя на встречных пучках с энергией в системе центра масс порядка 6 ТЭВ. Планировалось строить сеть на базе стандартных модемов со скоростями 4,8 кбит/с. Понятно, модемная сеть не могла бы справиться с потоками информации, порождаемыми УНК. Нужна была сеть со скоростями на порядки более высокими. Был создан эскизный проект такой сети. Он был одобрен НТС войск связи, советом по автоматизации ОЯФ АН СССР и включен как составная часть в проект УНК ИФВЭ. А потом проект УНК был приостановлен. Мы остались с проектом сети на базе радиорелейных линий, с разрешением на частоты (что нам потом очень пригодится) и стали развивать кампусную сеть МГУ на базе протоколов Интернета с центральным узлом в НИИЯФ.

После распада Советского Союза на Западе появилась мода на оказание помощи бывшим советским республикам в реализации различных проектов по организации компьютерных коммуникаций с Западом.

В 1992 году в Москву прилетела делегация из двух сотрудников немецкой научной сети DFN (Адлера и Раушенбаха) и одного сотрудника немецкого ускорительного центра в Гамбурге DESY (Ханса Фрезе). Министерство науки Германии поручило им выяснить, как можно обеспечить доступ в Интернет для российских ученых, есть ли в Москве научные группы, на которые можно опереться.

Учитывая тесные связи между DESY и советскими институтами, шлюз в Германии должен был располагаться в DESY. Делегация быстро выяснила, что в НИИЯФ МГУ уже существует готовый проект сети на базе радиорелейных линий с пропускной способностью 2 Мбит/с. Было заключено соглашение между DESY и НИИЯФ МГУ о совместной деятельности по организации доступа российских научных институтов в Интернет через немецкую научную сеть и узел в DESY.

Спутниковый канал емкостью 256 кбит/с был запущен в конце 1993 года. По своей пропускной способности он существенно превосходил любой из существующих тогда российских интернет-каналов. В1994-1995 годах была увеличена емкость основного канала Москва-Гамбург и были организованы еще семь спутниковых узлов, десятки институтов подключились к точкам доступа «Радио МГУ» в Москве.

Существенно, что все узлы системы, в том числе и в Гамбурге, находились под контролем «Радио МГУ». Емкость каналов системы позволила обеспечить временный транзит значительной части трафика и других научных сетей. На М9 был создан центральный узел, через который обменивались трафиком и выходили во внешний мир практически все (за исключением КИАЭ) ядерные научные институты и ряд других крупных институтов (сейчас их число значительно сократилось). После создания в 2010 НИЦ КИАЭ входящие в эту структуру институты перевели свои основные каналы на обслуживание в НИЦ КИАЭ, сохранив backup-каналы в «Радио МГУ». Таким образом, сеть «Радио МГУ» сосредоточена сейчас на обеспечении доступа в Интернет для НИИЯФ МГУ и нескольких других подразделений МГУ. Кроме того, сеть обеспечивает резервирование каналов для ряда других организаций.

Следующим этапом развития «Радио МГУ» стала единая спутниковая сеть для стран Кавказа, Средней Азии и Афганистана. К 2000 году существовала довольно хаотичная система доступа научных организаций этих стран к Интернету. Линии связи обеспечивали доступ в Интернет только конкретной организации, речи о создании единой научной сети для данной страны пока не шло. Сами каналы финансировались различными научными фондами. Было принято решение объединить все эти мелкие проекты в один большой в рамках научной программы НАТО «Наука ради мира и безопасности».

Проект был реализован в 2001-2010 годах. В рамках проекта были организованы национальные научно-исследовательские сети в тех странах, где они до того не существовали. Были организованы каналы связи, обеспечившие для стран-участниц доступ в мировой Интернет. Большую поддержку проекту оказало министерство образования России. Для участников сети из стран СНГ был открыт бесплатный доступ до многих электронных баз данных организаций Минобра. Это привело к тому, что участники сети активно работали с Россией. Трафик с Россией для большинства стран-участников проекта составлял 40%. Исключение составляли Азербайджан и Грузия, где трафик с Россией составлял ~ 20%. В настоящее время проект в старом виде завершен, но старые связи между НОС остались и могут быть использованы для организации новых совместных проектов.

Описанные выше проекты не могли быть реализованы без поддержки очень многих людей: ректора МГУ В. А. Садовничего, академика-секретаря ОЯФ А. С. Скринского, директора НИИЯФ МГУ М. И. Понасюка, П. Ф. Ермолова, В. И. Саврина, Ганса Фрезе из DESY. Я благодарен за поддержку всему нашему коллективу: Д. Авдееву, Н. Гришину, Г. Ермакову, С. Болотину, С. Никифорову, Андрею Линкевичу и многим другим.

А давайте вспомним такое место, как М9, на карте Интернета!

Михаил Коротаев, ФГУП ТТЦ «Останкино», главный специалист

Мы знаем, где начался интернет-взрыв в нашей вселенной Земля (кстати, а где?), но вот интернет-взрыв в нашей галактике .ru начался с этой точки, хотя началось все еще в галактике .su.

Первый IP-канал – запущен на М9 (кстати, а кто помнит, куда был первый междугородный IP-канал?).

Первый DNS – на М9 (а какое имя было у того сервера?).

Первый междугородний маршрутизатор – на М9 (а что он собой представлял?).

Первый модемный пул – на М9 (конечно, один из первых, но как звучит!).

М9 — это точка пересечения Интернета в РФ.

Вот примеры этого:

  • один из первых вопросов любого заказчика в телекоммуникациях – «есть ли канал до М9» (конечно, первый всегда про цены, а вот второй – про канал до М9);
  • MCK-IX часто путали с М9 (посмотрите, а ведь и вправду близки, и ведь не только по названию);
  • все ЦОД в РФ всегда сравнивали себя с М9, хотя М9 долго не вносили в рейтинги ЦОДов, видимо, считали его вне конкуренции ☺ (несколько лет в рейтингах APC М9 не было, хотя это был самый большой в то время в РФ коммерческий ЦОД и Телехаус).

Ответы на вопросы в тексте:

 

  • Интернет зародился в одном из проектов DARPA (это было еще до меня ☺).
  • Первый IP-канал – это был ТЧ канал Москва (М9) – Барнаул, канал в СПб, увы, был только вторым.
  • Первый DNS-сервер имел имя kremlsun.su (иногда пишут cremlun, но это неверно. Кстати, история этого SUN-сервера сама по себе интересна, эта «тумбочка» была подарена корпорацией SUN организации SUUG, которая занималась поддержкой первой доменной зоны .su в нашем галактике).
  • Первый маршрутизатор – это обычный настольный аналог IBM PC (сейчас этот формат называется desktop) с операционной системой XENIX (поправленной И. Чечиком под задачи IP-маршрутизатора) с платой на несколько RS-232-портов. Я тогда был админом этой точки, другого компьютера не было, поэтому я иногда поверх XENIX запускал MS DOS и играл в игрушки. (Только вдумайтесь – на главном маршрутизаторе РФ админ играет в «Диггеров» и в «Тетрис». Вот какой был гаджет в то время. ☺)
  • админом этой точки, другого компьютера не было, поэтому я иногда поверх XENIX запускал MS DOS и играл в игрушки. (Только вдумайтесь – на главном маршрутизаторе РФ админ играет в «Диггеров» и в «Тетрис». Вот какой был гаджет в то время.)

Правовые аспекты становления Интернета в России

Сергей Мальянов, советник вице-президента по взаимодействию с органами государственной власти ПАО «Вымпелком»

История Рунета будет неполной, если не вспомнить о становлении системы государственного надзора в этой сфере.

Развитие сети Интернет в стране объективно потянуло за собой и вопросы контроля нового направления со стороны государства.

Стартовой точкой эры контроля современного Рунета и всего, что с ним связано, можно считать весну 2000 года, когда в положении о новом министерстве Российской Федерации по связи и информатизации появилась задача «государственный надзор за деятельностью в сфере связи и информатизации» (постановление правительства РФ № 265 от 28.03.2000) и была создана Система государственного надзора за связью и информатизацией в Российской Федерации (постановление правительства РФ № 380 от 2803.2000).

Основой создания новой Системы надзора стал департамент по надзору за связью и информатизацией министерства (ДНСИ). Его руководителем был назначен Николай Андреевич Логинов, ранее возглавлявший Главное управление государственного надзора за связью в Российской Федерации. Заместителем руководителя ДНСИ стал перешедший из Совета безопасности РФ Валерий Николаевич Бугаенко. Он и предложил мне в октябре 2000 года возглавить отдел по надзору за информатизацией.

Если вопросы надзора в сфере связи уже были понятны и был накоплен большой опыт (Главгоссвязьнадзор был создан ещё в ноябре 1993 года), то тема надзора за деятельностью в сфере информатизации была абсолютно новой, не отработанной как по содержанию, так и методологически.

Положением о государственном надзоре за связью и информатизацией сфера контроля была описана очень лаконично: «надзор за соответствием предоставляемых услуг в области информатизации установленным нормам». Да и действующие в тот период нормативные правовые акты (НПА) не давали ответа на вопрос, что же такое государственный надзор за деятельностью в сфере информатизации.

Требовалось выявить и описать эти услуги (предмет, объект, субъект, содержание), найти в НПА уже существующие требования и нормы и разработать новые (закрепив их в соответствующих НПА), разработать методическую основу проведения контрольных мероприятий, обучить сотрудников и спланировать проверки.

Было принято решение провести научно-исследовательскую работу, в которой и проработать все эти вопросы, определить направления надзора в этой сфере, на их базе подготовить проект Концепции государственного надзора в сфере информатизации и необходимые методические рекомендации.

Возглавил эту работу Валерий Николаевич Бугаенко. Под его началом была собрана группа руководителей ведущих отраслевых научных организаций, работавших в сфере информатизации: ГУП НТЦ «Информрегистр», ФГУП ВНИИПВТИ, ФГУП НТЦ «Информсистема», ФГУП МНИИ «Интеграл». Методологическую поддержку оказывало ФГУП ЦНИИС.

За основу было принято целеполагание, установленное федеральным законом от 20 февраля 1995 г. N 24-ФЗ «Об информации, информатизации и защите информации»: создание оптимальных условий для удовлетворения информационных потребностей и реализации прав граждан, органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций, общественных объединений на основе формирования и использования информационных ресурсов.

Работа продолжалась почти весь 2001 год. Обсуждение результатов работы всегда было бурным. Каждый старался доказать, что его направление особенное. Тем не менее, в результате были определены следующие возможные направления контроля:

  • формирование и использование в соответствии с законодательством Российской Федерации электронных информационных ресурсов, включая электронные издания, базы и банки данных;
  • предоставление информационных услуг (услуг по обработке информации);
  • распространение и использование пользователями (потребителями) информации программ для электронных вычислительных машин;
  • состояние автоматизированных информационных систем независимо от формы собственности и ведомственной принадлежности;
  • обеспечение защиты информации, не связанной со сведениями, составляющими государственную тайну, в информационных системах (автоматизированных информационных системах) независимо от формы собственности и ведомственной принадлежности. Позже это направление расширилось за счет получения Роскомнадзором полномочий Уполномоченного органа по защите прав субъектов персональных данных.

Одновременно шел поиск механизмов практической реализации этих направлений. Например, была проведена большая работа по отработке возможности участия органов государственного надзора за связью и информатизацией в мероприятиях по защите программ для ЭВМ и баз данных как объектов интеллектуальной собственности. На встречах, проведенных с руководством фирмы «1С» (Борис Нуралиев), «Майкрософт-Россия» (Ольга Дергунова) и юридической фирмой Latham & Watkins (юридический партнер «Майкрософт-Россия»), определились различные позиции и понимание субъектов и способов контроля нелегального использования программ для ЭВМ. Предложения и ожидания коллег не вписывались в систему государственного института надзора. Проведение нескольких тестовых проверок подтвердили наши сомнения.

Важным результатом работы стало определение предметной области государственного надзора в сфере информатизации как контроля соблюдения единых обязательных требований по формированию (созданию, хранению, обработке, распространению, передаче, обмену) информационных ресурсов, доступа к ним, созданию и применению обеспечивающих информационных и коммуникационных систем и технологий. Этот подход и был положен в основу деятельности Россвязьнадзора.

Другим важным результатом этой работы стало понимание нами, что во главе угла государственного надзора и в сфере информатизации (информационных технологий), и в сфере связи должны стоять четко сформулированные и понятные всем участникам рынка «обязательные требования». Задача по продвижению и реализации на практике этого принципа была поставлена мне, когда Валерий Николаевич возглавил в конце 2002 года ДНСИ, а я стал его заместителем.

Эта логика легла в основу разработанных административных регламентов Роскомнадзора. Кстати, самым первым в стране административным регламентом был регламент Роскомнадзора по лицензированию деятельности в области связи. Кроме того, наше системное понимание сущности «обязательных требований», порядка их формирования и установления четко легло в нормы федерального закона от 31.07.2020 № 247-ФЗ «Об обязательных требованиях в Российской Федерации». Но это уже другая история.

С высоты сегодняшнего дня отдельные подходы 2001 года кажутся наивными. И это справедливо. Но, в целом, многие идеи и принципы контроля, выработанные в 2001-2002 годах, воплощены в жизнь и работают. Но и они меняются. Новое время диктует новые условия и ставит новые задачи.

В заключение хочу сказать, что содержание понятия «услуги в области информатизации» так и не было закреплено в НПА. В ходе работы над этой темой термин «услуги в области информатизации» был декомпозирован и объективно был сделан плавный переход к устоявшимся в дальнейшем понятиям «информационные услуги», «услуги по обработке информации», «предоставление информации», «распространение информации» и т.д., которые и были закреплены в федеральном законе от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и защите информации». Сегодня требования этого закона и составляют основной предмет контроля в сфере информационных технологий.

Ни на момент становления самой идеи этого законодательства, ни на сегодняшний день стопроцентной кодификации сферы информационных технологий не возникло и, скорее всего, и не произойдет, т.к. сама предметная область по сути своей крайне разнообразна, а в силу этого разнообразия и единообразное регулирование вряд ли возможно.

А Рунет с того времени не остается без постоянного и пристального контроля со стороны государства…

Неюбилейные размышления на юбилейную тему

Михаил Якушев, заместитель директора Института права цифровой среды НИУ ВШЭ

Приближение юбилейных дат всегда «подталкивает» к воспоминаниям о том, как ты был участником или свидетелем событий, которые предполагается отпраздновать. Но четвертьвековой юбилей MSK-IX – всё же нечто большее, чем просто история возникновения и развития одной из айтишных организаций. Повспоминать, конечно, можно и многим, и о многом, но такие воспоминания неизбежно влекут за собой некоторые размышления и, не побоюсь этого слова, определённые обобщения. Итак, повспоминаем, поразмышляем и пообобщаем.

Первое, о чём мне, как начинающему мемуаристу, хочется сказать, – это о проблеме смены поколений. Я «вошёл» в интернет-сообщество именно в первые годы существования MSK-IX и «расцвета» РосНИИРОСа как ключевых компонентов инфраструктуры российского Интернета. Мне было непривычно ощущать себя «молодым новичком» в компании тех очень уважаемых людей, которые «поднимали» первые сети, организовывали обмен трафиком, заключали соглашения о создании российской доменной зоны. Среди них были и «патриархи» (можно сказать, «дедушки» российского Интернета), которые раньше всех увидели и поняли, ЧЕМ может стать Интернет для мировой цивилизации. Были и мои ровесники, уже зарекомендовавшие себя не только как грамотные эксперты, но и успешные бизнесмены в том странном и необычном бизнесе, который был так не похож ни на что известное в сфере «традиционной» электросвязи. Для представителей этих двух поколений российских интернетчиков, конечно, я был «молодой кадр», к тому же, разбиравшийся лучше всего в немного неожиданной для них области – интернет-праве. Тем не менее, всем нам удалось достаточно быстро найти общий язык и успешно работать вместе.

Сейчас, когда можно говорить уже о седьмом или восьмом поколениях российских интернетчиков, профессионально и психологически не похожих на «нас четвертьвековой давности», важно напомнить им, насколько всё же нас объединяло нас тогда и взаимное доверие, и взаимное уважение. И это во многом определило успех работы MSK-IX и всех «причастных» организаций на все последующие годы.

А кстати, можно ли считать такую работу успешной? Да! На фоне того, как подобного рода задачи решали коллеги за рубежом. Еще раз – да! – если сравним с другими проектами национального масштаба, которые развивались в нашей стране в последние 25 лет. Третий раз – да! – поскольку за все эти годы не было НИ ОДНОГО сбоя в функционировании технической системы российского Интернета. По крайней мере, какого-то такого сбоя, о котором по прошествии стольких лет кто-то мог бы вспомнить и поставить кому-то это в упрёк.

Второе. Всё, что делалось двадцать пять лет назад, было шагом в неизвестное. Надо было не только просчитывать всё и вся с точки зрения техники и финансов, но и предусматривать развитие и умощнение с перспективой на ближайшие годы. И при этом еще принимать решения, полностью выверенные с юридической стороны. Что такое «трафик», «Интернет», «сетевой адрес», «автономная система», «DNS» и т.д. и т.п., в 1995-м году вряд ли отчётливо понимало больше сотни человек на всю Россию. А кто вправе распределять эти ресурсы, на каких принципах двустороннего и многостороннего взаимодействия (явно противоречащих стандартным для конца 1980-х годов правилам присоединения телефонных сетей) строить договорную работу, как и в каких пределах допускать вмешательство государства… На эти – и тысячи других вопросов – не было однозначных ответов. Причём и у зарубежных коллег тоже.

Справились. Принятые решения оказались верными. В немалой степени те технические и организационные решения, которые «запустили» MSK-IX в середине 1990-х, обусловили взрывной рост российского Интернета к началу XXI века и его стабильное развитие в последующие десятилетия. Появление десятков, сотен, тысяч новых интернет-компаний, от узкоспециализированных до многофункциональных; создание десятков тысяч новых рабочих мест, причём достаточно хорошо оплачиваемых и престижных для молодёжи; обеспечение едва ли не лучшей в мире устойчивой связности российского Интернета; принятие очень сложного и казавшегося очень несвоевременным решения о передаче полномочий по управлению национальным доменом от РосНИИРОСа новой организации – Координационному центру; появление впоследствии «Технического центра интернет» – всё это так или иначе явилось следствием не только высокого профессионализма и технологического предвидения, но и в значительной степени личного мужества и гражданской позиции нескольких скромных и спокойных людей, стоявших во главе начинавшихся тогда процессов и проектов.

Третье. Ну а поскольку «или хорошо, или никак» принято говорить только о покойниках, а наш юбиляр и молод, и полон сил, и, надеюсь, планов на будущее, хотелось бы поменьше писать чего-то хвалебного и побольше — чего-то объективного.

Оптимальным ли был процесс развития MSK-IX, и шире, инфраструктуры российского Интернета в целом, за истекшие четверть века? Скорее всего — да. Были ли допущены ошибки, которые потребовали тех радикальных изменений в системе управления российским Интернетом в последние годы? Похоже, что всё-таки нет. Следовательно, причины таких изменений и перспективы возможного развития еще ждут своего объективного анализа.

Чего так и не удалось всем нам – так это упорядочить взаимодействие всех участников «экосистемы Интернета» в соответствии с законодательством. Точнее – описать это взаимодействие в терминах законах и, таким образом, его легализовать. Прекратить споры о том, нужно ли выдумывать правила построения и присоединения сетей передачи данных. О том, существуют ли «телематические услуги связи». О том, как соотносить требования о связности интернет-сетей с требованиями о «локализации» их узлов (и «точек обмена трафиком») внутри территории страны. О «стоимости» сетевых адресов. О «владении» автономными системами – и так далее. Российское законодательство в области Интернета «застряло» на рубеже веков, отстав от зарубежных правовых систем минимум на десятилетие – и часть вины за это лежит на тех, кто неизбежно лучше других понимал, что и как в Интернете работает, но предпочитал «не отвлекаться» на скучные юридические вопросы. Так что многое, что в теоретическом плане было непонятно тогда, не до конца понятно и сейчас.

Тем не менее, несмотря на все юридические и законодательные «сложности», техническая инфраструктура российского Интернета реально и успешно работает. Все, кто был причастен к созданию MSK-IX, доказали своё умение руководить сложными и масштабными техническими проектами.

Как ни парадоксально, подтверждением этих слов может служить следующий факт. Многие ли из российских пользователей Интернета знают о существовании MSK-IX (и подобных предприятий), о том, чем эта организация занимается и какое значение имела и имеет в развитии Интернета в нашей стране? Думаю, что очень и очень немного. Но это и нормально! Если об организации начинают говорить только в случае масштабных технических сбоев – значит, всё остальное время она работает эффективно, и эта эффективность незаметна как раз обеспечением бесперебойности и качества работы интернет-компаний в Москве и по всей стране. В конечном итоге, часто ли мы задумываемся о существовании организаций под названием «Водоканал», когда включаем воду в раковине? Льётся то, что надо, надлежащей температуры и без ненужных примесей – вот и доказательство качественной работы тех, кто отвечает за эту услугу.

Пройдут еще годы, будут новые юбилеи и поводы вспомнить, как появился и развился в России Интернет. Но я уверен, что имена тех, кто участвовал в этом казавшемся «несерьёзным» проекте, рано или поздно будут так же вписаны в историю страны, как имена Попова, Курчатова, Королёва.

Пожелаем же создателям MSK-IX здоровья и долгих лет творчества!

«Черное зеркало» для Рунета

Александр Зайцев, «Билайн», руководитель проекта строительства ЦОД

Увы, но зеркало треснуло, и то, что раньше казалось светлым и прозрачным, превратилось в темное и очевидно недоброе: ясно, что мы все под колпаком — и каждый шаг, каждое слово может отозваться так, что последствия придется разгребать очень долго – это, конечно же, да.

Однако, когда — уже более 25 лет назад — устанавливали на пятом этаже легендарной «девятки» (ММТС-9) свои первые маршрутизаторы и коммутаторы, признаюсь, никаких особых опасений не было. Более того, присутствовала определенная гордость за причастность к такому большому и важному делу — да-да, социальная значимость проекта имела существенный вес в тогдашней системе ценностей.

Потом, уже в начале двухтысячных, когда общественная ситуация в стране стала весьма стремительно меняться, какое-то время было даже удивительно, что государство остается настолько либеральным в отношении Интернета. Пожалуй, только АДЭ попыталась как-то «взять под контроль и возглавить», ожидаемо безуспешно.

Но что же тут поделаешь, телеком-инфраструктура всегда была «в зоне особого внимания», вожделенной целью, лакомым кусочком для государственных спецслужб, тем паче Internet Exchange – узел, подключившись к которому, получаешь доступ к практически всем ручейкам и рекам трафика, по крайней мере, малых и средних провайдеров. Поэтому, имея в виду участие «Ростелекома» в MSK-IX (51%), есть риск превращения IXа в настоящий государственный «объект критической инфраструктуры» со всеми сопутствующими атрибутами, такими как «учения по изоляции Рунета» и прочая.

Ожидаемым ответом на приход государства в Интернет стало стремительное развитие технологий, позволяющих если не «примирить» эти казалось бы непримиримые миры, то хоть как-то сосуществовать в одной вселенной: одноранговые сети с размазыванием контента по всей Сети в связке с лицензиями Copyleft, плюс Tor, что, однако, ни в коем случае не умаляет важности MSK-IX как стратегического узла Рунета, настоящего остова Сети, ибо сказано, что всякое ПО хорошо работает только поверх должной инфраструктуры.

Анализ больших данных Рунета на MSK-IX – по большому счету, это куда круче анализа предпочтений покупателей любого ТЦ на Тверской – здесь несомненно велика роль фонда «Индата», чьи технологические отчеты составляют яркую и, IMHO, самую интересную тему ежегодных конференций, которые MSK-IX продолжает проводить теперь уже под эгидой «Ростелекома».

НСН, MSK-IX и президентские выборы

Алексей Соколов, «Яндекс», директор по развитию сетевой инфраструктуры

В 1994 году на территории Института космических исследований Российской академии наук (ИКИ РАН) был запущен один из первых информационных проектов в российском сегменте сети Интернет под названием «Национальная служба новостей» (НСН, www.nns.ru). Площадка была выбрана не случайно: ИКИ РАН был одним из первых, имевшим связанность с международными компьютерными сетями (в конце 80-х — с европейской сетью Bitnet, а немного позднее — с сетью Интернет по прямому каналу в Вашингтон). Подключения в советское время были осуществлены, благодаря сотрудничеству с Европейским космическим агентством и NASA, а также мудрой технической политике Равиля Равильевича Назирова, отвечавшего тогда за компьютерное обеспечение научной работы, проводимой в ИКИ РАН. Вторым аргументом за выбор именно этой площадки было ее территориальное расположение – вблизи телефонной станции ММТС-9, на базе которой тогда еще существовала сеть цифровых каналов «Искра-2» и поэтому эта станция являлась «точкой притяжения» всех тогдашних российских интернет-провайдеров.

Вдохновителем проекта был Валерий Бардин, ранее принимавший активное участие в «Релкоме» и «Демосе» (одни из первых интернет-провайдеров в России). Коммерческий блок возглавляла Мария Степанова, за серверную часть отвечали Сергей Аншуков и Николай Саух, за PR и GR — Кирилл Чащин, а за внешние технические коммуникации на тот момент — Алексей Соколов.

Идея проекта была простой: собирать в одну полнотекстовую базу данных все газетные источники со всей России, включая региональную прессу, и предоставлять на коммерческой основе доступ к этой информации через Интернет, учитывая необходимость авторских отчислений правообладателям информации. Поскольку в то время не существовало веб-версий изданий СМИ, кроме центральных, то поначалу всю информацию приходилось сканировать вручную. Для этого был создан целый цех, оборудованный десятками сканеров, и организована доставка более, чем 100 центральных и региональных изданий для оперативной обработки. На базе всей получаемой информации готовилась новостная лента, аналогично ленте информационных агентств, с наиболее важными событиями (за это отвечал Михаил Лукин). Также делались дайджесты по интересующей заказчиков тематике — для крупных корпораций и отдельных лиц, которые в основном готовил Рустам Амиров.

Поскольку в то время большинство представителей российской политики и бизнеса не осознавали до конца, какую пользу можно извлечь из такого объединенного массива данных, возможности анализа такой всеобъемлющей и разноплановой информации, то коммерческий успех у всего этого предприятия был весьма скромным. При этом, в силу относительной малочисленности в то время пользователей сети Интернет в России, рекламная модель получения дохода также не могла быть использована.

Проект оставался малоизвестным широкой публике, хотя многие значимые деятели Интернета бывали там частыми гостями. Однако в 1996 году произошло событие, которое дало толчок к более широкой известности НСН. Это были выборы президента Российской Федерации. Каким-то образом команде НСН удалось договориться получать данные по результатам голосования в онлайн-режиме напрямую из Центральной избирательной комиссии и тут же публиковать их в Интернете. Это было настолько важное событие для России и всего мира, что в этот день практически все внимание пользователей глобальной сети (и в России, и за рубежом) было приковано к этому сервису!

Надо сказать, что интернет-каналы этого проекта были по тем временам очень неплохими: доступ в Интернет был организован со скоростью 2 Мбит/с (потоком Е1) через одного из существовавших тогда провайдеров «Макомнет», сетевое оборудование которого располагалось рядом с офисом, в метрополитене. При этом такая канальная инфраструктура, естественно, не могла бы обеспечить той потребности в трафике, которая была необходима в период публикации на сайте непрерывно обновляемых результатов выборов.

Но, к счастью для проекта, незадолго до этого на ММТС-9 была организована московская точка обмена трафиком (MSK-IX), куда подключились все значимые в тот период провайдеры Интернета в России, а команда НСН протянула туда свое оптоволокно и организовала резервированные каналы 10 Мбит/с по мало тогда еще используемой в России технологии Ethernet поверх оптики, благодаря чему удалось обеспечить бесперебойную доставку информации в период этого события.

Таким образом, MSK-IX сыграла важнейшую роль в реализации принципа открытости при проведении первых, действительно значимых выборов президента современной России.